Тюльпанов

- Успокойся, ты истеричка! - заорал на всю кухню Иван Иваныч, да так, что задрожали оконные стёкла, схватил с гладильной доски раскалённый утюг и ударил им на отмаш несколько раз Галю по голове и по лицу.
Она посмотрела на него разширившимися от ужаса зрачками, из разбитой в несколькх местах головы хлынула кровь, левый глаз вытек и осевшее на линолиум тело начало корчиться в судорогах.
Вдруг в корридоре раздался телефонный звонок. Иван Иваныч подошёл к аппарату, снял трубку и услышал голос Вальского:
- Привет, позови пожалуйста Галю.
- Ой, ты знаешь, она только что вышла в магазин, сказал Иван Иваныч.
- А когда она будет?
- Я думаю через минут двадцать должна быть, а что ей передать?
- Да, мы с ней вчера договорились, что я к вам сегодня в двенадцать заеду, она должна была мне конспекты передать.
- А, ну так заезжай, - Иван Иваныч старался говорить, как можно спокойнее. - Сейчас пол двенадцатого, она к двенадцати я уверен будет, - и повесил трубку.
В одиннадцать сорок пять Иван Иваныч услышал за дверью шум поднимающихся по лестнице шагов. Звонок в дверь. он открыл. На пороге стоял Вальский.
- Ну, как дела, - спросил он протягивая для приветствия руку.
- В порядке. У тебя?
- Нормально.
- Проходи на кухню, её ещё нет. Обувь можешь не снимать.
Иван Иваныч подтолкнул Вальского в сторону кухни. В дверях Вальского резко остановило. Он обернулся к Ивану Иванычу с застывшим выражением кошмара в лице и задрожав всем телом, опустился на табуретку.
По окровавленным слипшимся волосам Гали ползала муха, а Вальский продолжал дрожать всем телом, и рыдать закрыв лицо руками.