Фрейд и фрейдизм в жизни индоевропейца.

Inozemcev · 06.02.2008, 12:25

Для пробы. Если кому будет интересно, то сигналь : "Давай дальше".
--------------------------------

ФРЕЙД И ФРЕЙДИЗМ В ЖИЗНИ ИНДОЕВРОПЕЙЦА

(По поводу работы З. Фрейда «Я и Оно»).

«Вообще я всегда был готов признать мои обязательства по отношению к другим работникам, но в данном случае я не чувствую себя отягчённым долгом благодарности.»
З. Фрейд.

(С одной стороны, мол: «Платон, ты мне друг, но истина дороже», с другой – полное отрицание о всяком влиянии кого бы то ни было в формировании содержания данного текста, т.е. всё, что «синтезировано» в формате текста «Я и Оно», не имеет ни оснований, ни связей и ни с одним из авторов текстов, составляющих христианскую культуру, а в общем, - вне их и над ними … И как будто бы, кроме долга благодарности «другим работникам», других долженствований для научной разработки нету, т.е. миф и есть миф).
--------------------------------

Зигмунд Фрейд в тексте «Я и Оно» начинает обобщение результатов своего психоанализа человеческого сознания, - ранее произведённого им текстами: «Толкование сновидений», «Остроумие и его отношение к бессознательному»», «Массовая психология и анализ человеческого «Я»», «По ту сторону принципа наслаждения», «Тотем и табу», «Достоевский и отцеубийство» и проч., своими очерками и письмами, - и претендующее на обобщение не врача психиатра, а вполне определённо (как тематикой, так и своей предметно ориентируемой аргументацией) на философское обобщение, следующими словами:
«Настоящее обсуждение… носит скорее характер синтеза[1], чем спекуляции, и ставит, как кажется, перед собой высокую цель.»
Весомое и впечатляющее заявление, но почему это «синтез» противоположен «спекуляции», а не «анализу»[2], тогда как «спекуляция» в работе «По ту сторону …» определена (и по Гегелю) как некоторая спекулятивная идея (или предварительная мера), позволяющая видеть единое в разрозненных объектах (либо событиях), т.е. то, что формирует проблемную область как возможную, её набор сущностей, событий, предикатов и операций. Конечно, «спекуляция» - это «не» синтез, но и «корова» тоже «не» синтез. И для работы, претендующей на научность, фразы типа: «Настоящее обсуждение носит скорее характер синтеза, чем коровы» по всем канонам логики есть ляпсус. Конечно, этот фрагмент фразы поддаётся и другой интерпретации: «в основном синтез и немного спекуляции». Но если «синтез», - то «спекуляцию», на основе которой состоялся этот «синтез», необходимо произвести ранее и новые спекуляции, которые ничего, кроме новых и не охваченных предыдущей спекуляцией сущностей, добавить, к «характеру» «настоящего обсуждения», не могут и поэтому автор обязан отделить их от производимого синтеза[3]. А у Фрейда наоборот. И почему это научное (на что Фрейд несомненно претендует) обсуждение «носит характер»? И как это - носить «характер синтеза»?… Тогда как наука и логика требует строгих и однозначных форм высказываний как при постановки цели, так и при определении предмета исследования… Вообще-то, эту фразу можно читать так: «Настоящее обсуждение скорее «уж», чем «если»»… И главное: А в чём же состоит эта фрейдовская «высокая цель»? Да и фрагмент этой фразы: «… и ставит, как кажется, перед собой высокую цель», скорее, подходит для художественного произведения (или по Фрейду – для мифологического текста, вообще-то этой «высокой целью» он как бы отгораживает «чистоту» и «благородство» своего замысла и самого себя от результатов «настоящего обсуждения», мол: простите, но что есть, то и есть, и ничего он с эти поделать не может), тогда как для науки в определении цели работы: во первых, слово «кажется» недопустимо; во вторых, одного предиката «высокую» явно недостаточно. И, по существу, смысл, содержание и высоту этой «высокой цели» (наличие которой этой фразой – явно нам внушает, а о содержании которой он, как бы, скромно умалчивает) читателю предлагается «вычислить» самому, что я в ниже изложенном и сделал.
В работе «Я и Оно» Фрейд акцентировал в поступках человека, как при выборе целей, так и в процессе их достижения, господствующее преобладание «Оно» над «Я», как надстройки над «Оно» и своими корнями («фундаментом») уходящее в непостижимую глубину этого самого «ОНО». Причём это «научное» обобщение о подавляющим преобладании «Оно» над «Я» (т.е. бессознательного над сознанием), причём и часть «Я» является бессознательным: «Так и часть «Я» (один Бог знает, какая важная часть!) может быть БСЗ и, несомненно, и есть БСЗ»[4], было выведено им (как навязывается нам некоторыми фразами текста этой работы) в полном соответствии с научной методой, т.е. на большом и «содержательном» статистическом (фактическом) материале: мол, сначала статистика, а затем обобщение. Тогда как структурный анализ текста говорит об обратном: вначале «кашпировскими» методами нам внушается «несомненное» наличие в структуре биологии сознания сакрального и самовольного «Оно», что, якобы, иллюстрируют рисунки структуры «Я», а затем на примерах психобольных, причём особ женского пола, не выводится, а подтверждается это «обобщение». И, не оспаривая истинности этого обобщения, возникает вопрос: Что же, на самом деле, стало источником этого обобщения? И правомерно ли обобщение данных, полученных на «ненормальных» объектах наблюдения с включением в него «нормальных», т.е. «обобщение» на не обладающих единой метрикой статистических данных? Это всё равно что: если человек болен и больна у него печень, то, «обобщая», делать вывод, что у всех людей «несомненно» больна печень. Конечно, у каждого она есть и это факт, но совсем не каждый испытывает неудобства, а то и боль от её наличия и даже наоборот, - живёт. Здесь явная подмена силлогизма: «некоторым х присуще а»; на: «всем х присуще а», причём, «с эллинским чувством меры, с еврейской трезвостью и без филистёрской боязливости», вторым планом и параллельно подтверждая «справедливость» этой подставы тем, что всем нам, без всякого сомненья, присуща и, очень может быть, не совсем здоровая печень, и что ничего другого он, якобы, и не имел ввиду, т.е. всем нам: для «ненормальных» - в явлении, а для «нормальных» - бессознательно, присущ «эдипов комплекс»[5], правда, неизвестно на что «распадающийся», а Достоевскому в особенности[6], доказательством чему, якобы, служат «Братья Карамазовы», «плод великолепного поэтического творческого дара Достоевского»[7], которого «всего Д. можно было бы построить на его истерии»[8]. И к тому же, «этот интеллектуальный гигант»[9], Гельмгольц – эпилептик, «все остальные великие личности были чистыми истериками».
А Т. Манн, попав под оболванивающее влияние фрейдизма, из сифилиса, т.е. из явной болезни, с сомнительным успехом, пытался вывести «гениальность», для чего (и по Фрейду), якобы, необходимо : «расслабиться», отключить (а лучше, - убить сифилисом) свою упорядоченность и духовность, вот тогда-то на свет и явит себя своей «гениальностью» наша «бессознательность», наше «Оно», наша бессознательная и гениальная часть, «один Бог знает, какая важная часть!», нашего «Я».
Интересно, а какой психоидный комплекс, или «первичный» позыв лежал в основании великолепного научного творческого дара трезвого Фрейда? Или он, будучи евреем, не обладал «амбивалентностью чувств, наследия душевной жизни примитивного человека, сохранившийся, однако, гораздо лучше и в более доступном сознанию, чем у других народов, виде, в русском народе». Тогда как, для наследников «душевной жизни примитивного человека», т.е. для неевреев (т.к. это наследие примитивов, хоть и гораздо хуже, и в менее доступном сознанию, чем у русских, виде, присуще и немцу, и французу, и испанцу, и …), и для которых (для них и только для них) - «Братья Карамазовы» - это доказательства, что вне рамок нравственных требований, вне осознанного божественного присутствия, все принимаемые решения и всякие поступки: что для подобных эмоциональному Мити, что для сторонников рационального Ивана, что и для подобных пошлому Мерзлякову, лишены признаков целостности, фрагментальны и импульсивны, и неизбежно, хоть и различными путями, ведут к преступному и трагическому финалу. А Алексея, образ благой жизни которого и с явным присутствием в его душе живого Бога, Достоевский осознанно, целесообразно и навряд ли, впав в «бессознательность» и ведомый «эдиповым комплексом», случайно сделал общим фоном необходимо развивающимся событиям. Да и квазиединство Мити, Ивана и Мерзлякова в отношениях к своему отцу следует из замысла и целей Достоевского, а не из какого-то «бессознательного первичного позыва» Фёдора Михайловича. И по существу, и «Братья Карамазовы», и «Преступление и наказание», и «Бесы» - это осознанные и глубоко переживаемые доказательства бытия бога по Достоевскому. А отцеубийство у всех «примитивных» народов и во все времена является максимумом преступления и потому, что, до перехода сынов в автономное существование, только отец может быть и является создателем нашего семейного очага, создателем и хранителем необходимых и достаточных условий существования, рубежей защиты всем «нашим» от деструктивных сил внешней среды; источником изначальных знаний и умений (т.е. технологий выживания), духовности и мудрости (или справедливости, т.е. правил дележа).
Тогда как по Фрейду, источником значимости отцеубийства – «этого замечательного преступного деяния» - послужил страх отца-деспота оберегающего свою сексуальную монополию от своих мужающих сыновей, для чего он и придумал в своей «орде» для них сексуальное табу, за нарушение которого он жестоко карал. И в «один прекрасный день изгнанные[10] братья соединились, убили и съели отца и положили таким образом конец отцовской орде», т.е. сексуальному и только сексуальному деспотизму, а амбивалентные переживания сынов, убивших и съевших своего отца, впоследствии и породили в их душах предельную значимость «этого замечательного преступного деяния». Как будто бы эта «первобытная орда» неизвестно кем и в избытке обеспечивалась средствами существования и для неё, кроме сексуальных, не существовали проблемы защиты от голода, холода и болезней[11], либо других сил внешней среды, например, от саблезубого тигра, который тоже хотел кушать…А, используя эти предикаты, З. Фрейд, демонстрируя, так сказать, «новизну» своего «трезвого» подхода в оценке преступления[12], сознательно перемешал наши классификационные признаки зла и добра, и, «с эллинским чувством меры», «замечательные преступные деяния» извлёк из зоны зла и сделал их движущей силой нашей истории, и, по Фрейду, именно из одного из них - из отцеубийства - «взяли своё начало: социальные организации, нравственные ограничения и религия». Тем самым Фрейд представил всякие преступления в нашей жизни не только обыденными, но неизбежными и всеми нами «бессознательно» желательными «деяниями» (т.е. присущие нам «бессознательно»), чем подтвердил собственный посыл о «фундаментальности» еврейских «священных» текстов, т.к. именно в них представлен весь мыслимый перечень преступлений, причём не как возможных, а как необходимый и желательный (а то и единственный) стиль поведения еврея в среде неевреев, т.е. присутствует в них писано, а, следовательно, сознательно. Тогда как для христианского сознания преступления «замечательными» быть не могут, так же как и предикат «замечательный» к греховному поступку недопустим. И уж тем более для него день совершения греха несомненно мрачен и тягостен, а не «прекрасен», потому чтохристианство всем своим содержанием утверждает, что зло может быть изощрённым, но совершенным (т.е. «замечательным» и «прекрасным») быть не может, а, следовательно, предикаты «замечательный» и «прекрасен» принадлежат области благих поступков, т.е. тому, что христианство называет деятельностью, тогда как зло - преступления могут быть только изощрёнными, как и всякая ложь, клевета, лицемерие, лжесвидетельство, мошенничество, обман, воровство, вымогательство, подлог и проч., и проч., вплоть до убийства, но деятельностью они быть не могут. А, следовательно, и весь перечень «заветов» Талмуда замечательными и прекрасными деяниями не являются… И это абсолютно достоверно.

[1] Здесь следует уточнить, что понятия: «синтез» и «обобщение» - это совсем ни одно и то же. И если «обобщение» - это классификация объектов (т.е. определение некоторого их множества) по общему и их однородному свойству (предикату) (например, насекомые – это …), за пределы которого З. Фрейду в своём «синтезе», собственно говоря, так и не удалось выйти, тогда как «синтез» - это присоединение объекту исследования некоторого свойства (предиката) из вне и что не может быть результатом аналитического созерцания (например, данное тело обладает массой и все материальные тела обладают массой).

[2] И здесь следует добавить, что логики и математики 20-го века, взамен «анализу», ввели новое понятие «редукции» и которое, по их представлениям, в операциях отличается от кантовского «анализа», но и в противоположность «редукции» они использовали не кантовский «синтез», а ввели новое понятие «конструктивизма», которое тоже и в операциях отлично от «синтеза». Но и при «конструировании», как и при кантовском «синтезе», предмету конструирования добавляют новое и внешнее для него свойство – желание и цели конструктора, иначе само производство «редукции» теряет всякий свой смысл.

[3] И этого требует принцип или «бритва Оккама»: «не добавляй сущности».

[4] Вот и все доказательства наличия бессознательного «Я» в общей структуре бессознательного и других, просто, нет – мол : «мне виднее, уж, поверьте мне на слово». А, по существу, вначале, он и сам этого не знает, т.к. знает это только один Бог. Затем, - «несомненно, и есть бессознательное», - значит знает ещё и сам Фрейд, т.е. Богу и Фрейду, уж, точно известно и известно сознательно. (Всё выделенное кавычками и наклонным шрифтом есть выдержки из текстов З. Фрейда.)

[5] Т.е. если у больного цирроз печени являет себя, то у здорового цирроз печени тоже есть, но «бессознательно» и тем самым вероятностное суждение: «возможно будет», подменил на утвердительное: «бессознательно есть».

[6] Всё дальнейшее можно приписать голословному протесту моего оскорблённого русского достоинства, моему русскому антисемитизму, но я думаю, что нагло и фактически оскорблены все «добывающие хлеб свой насущный в поте лица своего», т.е. вся деятельная часть человечества, производящая средства и условия Жизни – работающих и творящих как в корпусе общественно необходимой деятельности, так и творящих и сам этот корпус, и самих себя - могущих продуктивно и безопасно пользоваться этим корпусом.

[7] Какая похвала! Какая «объективность»!… Но почему это – «поэтического», а не эстетического? Наверное от того, что «поэтическое» ближе к бессознательному «эдипову комплексу», ближе к явлениям чувств, чем к сознательному и разумному. Тогда как именно Достоевский, в полном сознании и в доброй памяти, своим творчеством предложил искать избавления человека от его собственных бесов на стезе красоты и совершенства – «Красота спасёт Мир». И самое интересное, что эти самые «бесы» Достоевского почти фрейдовские «первичности»

[8] Смотри-ка, какой «строитель»!... Ай, Моська, знать она сильна…

[9] Какая похвала! Какая «объективность»!…

[10] Изгнанные, по Фрейду, из-за гигантских сексуальных запросов отца – маньяка, которому кроме как сексом, больше и нечем было себя занять. Тогда как и в римской первобытной общине, и в греческой, и в японской - мужской молодняк изгонялся из-за скудности запасов пищи и ещё потому, что у парня больше шансов добыть себе пропитание, чем у девицы, а отдав свою добычу в «общий котёл», доказать общине свою для неё значимость - и это есть исторический факт, а не моя интерпретация. И именно из этого факта «взяли своё начало: социальные организации, нравственные ограничения и религия»

[11] Для «сознания» какого-нибудь солитёра, «несомненно», так оно и есть.

[12] Причём, здесь преступник, для нееврев, прежде всего тот, кто преступил неписаные правила совместного бытия (общежития), т.е. обычаи и нравы, где контролируют нарушение этих правил сами лица этой общности. А самым первым и необходимым условием существования любой общности – это всеобщее согласие о добровольной взаимопомощи и, следовательно, как только численность общности превзошла меру человеческой вместимости и как только у члена общности возникло представление, что выбор кому помочь, а кому нет – это его собственный выбор, то возникла необходимость в писанных правилах общежития, т.е. в законах. И должно быть первыми законами были те, которые внешним образом (т.е. законом) побуждали состав общины к исполнению этого первого требования. Тогда как фрейдовский состав преступлений, представленный в его текстах, не шире «заветов» Талмуда, т.е. только те, которые связаны с изъятием чужих владений и как способы реализации любых возможных желаний иудея в среде неевреев. Правда, в Торе, а ранее - Моисеем, опосредствованно это первое требование общности, как Закон взаимопомощи только и только между лицами из состава иудейской общины.

Logrus · 10.02.2008, 23:29

Человек - существо био-социальное, и "био" у нео гораздо больше, чем соци. Поэтому, можно сказать, что Фрейд во многом может быть прав.

Жабка · 21.03.2008, 14:26

а почему может? он действительно во многом прав...психологи-исследователи (да вообще все психологи) до сих пор, лет 200, ссылаются на Фрейда...проблемы которые он подымал и разбирал до сих пор актуальны...его труды, как по мне, должен читать каждый психолого, потому как это класика психологии и в какой-то мере ее основа...

Вальдэ · 21.03.2008, 14:40

Ну 200 это очень вряд ли

Во вторых читать должен но, спорного очень много. например его работы в "Глубинная психология" что касательно ипохондрии можно подвергать сомнению. Так же "Введение в детский психоанализ" в свое время вызвало немало пересудов.
"Сны" Фрэйда, тож\е трактовка исключительно с точки зрения его учения.
Да и сам по себе психоанализ это спорное учение, поэтому и появился нелфрейдизм.

То, что мы био, никто не отрицает, но века социальной жизни наложили огромный отпечаток. Коллективное беззсознательное, например точно не био фактор.
Конвенционные новообразования суть управления поведения в половине случев с современным человеком, понятия ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО социальное, никак не био.

Жабка · 21.03.2008, 15:10

ну я же не утверждаю, что работы Фрейда - это прописная истина

я просто говорю, что многие проблемы, которыми он занимался до сих пор актуальны, до сих пор ученые ссылаються на его труды...кстате его "Психопатология обыденной жизни" (там где оговорки, описки, очитки) - толковая книга и там есть вещи на которые стоит обратить внимание...да и вообще на все его работы следует обратить внимание, хотя бы для того чтобы понимать как разивалась психология...своеобразный экскурс в прошлое

Вальдэ · 21.03.2008, 15:18

То о чем писал дядюшка Зиги актуально, и будет таковым пока человечество не притерпит метаморфоз фантастического характера. Те несколько десятков лет которые нас разделяют особо ничего не изменили, паче в строении мозга. Так, что как сам психоанализ так и его патриарх еще долго будут "столпами" психотерапии.

Главное не надо канонизировать их.

Жабка · 21.03.2008, 15:32

ну не все там актуально

будет ли актуальным? наверняка...времена менятся и психология человека изменяется вместе с ним поэтому если Фрейд и останется "столпом", то все равно многие вещи в дальнейшем потребуют хорошей и качественной дороботки если не изменений в целом...
по поводу 200 лет..Фрейд начал издавать свои труды с 18..какого-то, поэтому 200 лет уже прошло

ЗЫ. а вы проверяете свою ЛП?

Вальдэ · 21.03.2008, 15:44

Слабая сторона психоанализа это акцентировка на гипнозе.

Устал и голова болит, торможе. ЛП?

Жабка · 21.03.2008, 15:48

ага, ЛП - лична почта, ЛС - личные сообщения, личка

и в чем слабость?

Вальдэ · 21.03.2008, 16:58

В гипнабельности разных людей. Тоесть, разные люди воопрвых поразному поддаются гипнозу, а вотрорых разные реакции на одинаковые методы.

Сервер моей почты заблокирован для доступа с рабочего компьютера :(

Жабка · 21.03.2008, 17:05

понятно, а то я тебе пишу пишу:( а как же мне теперь у тебя узнать как твои дела?

вот в этом то и заключается вся проблема учения Фрейда...каждый его метод он использовал абсолютно на разных людях...я на это обратила внимание при чтении, а еще мне не оч нравится когда он эти же методы использует как на больных так и на здоровых людях:(

Kosmodelika · 21.03.2008, 23:15

Фрейда обожаю! Особенно "Психопатология обыденной жизни"